Когда зазвонил телефон, Иван сидел на крыльце, курил. В голове слегка шумело от выпитого с хозяином самогона. Иван вытащил телефон из кармана, посмотрел на дисплей, потом нажал кнопку и услышал голос Дервиша.

– Через час-полтора я буду у синих ворот. Можем встретиться?

– Да, – ответил Иван. – Я вас встречу.

Он затушил окурок в консервной банке, поднялся. В синий цвет были окрашены ворота монастыря, где «гёзы» укрылись после операции.

Иван дождался Дервиша на развилке метрах в трехстах от монастыря. Он сидел на стволе поваленного вчерашней бурей дерева, смотрел на заснеженный лес, на низкое солнце и пустую дорогу. Потом появилась «Нива» Дервиша. Иван не знал, что Дервиш приедет на «Ниве», но почему-то понял, что едет Дервиш. Иван вышел навстречу. Когда машина остановилась, сел на пассажирское сиденье. Дейл следил за ним настороженно.

Поздоровались. Дервиш спросил:

– Почему здесь? Мы же договаривались у монастыря.

– Дальше не проехать – за поворотом завал, несколько сосен повалило. Разберут нескоро. впрочем, здесь есть лесная дорога в объезд. Хреновая, но на «Ниве» проехать можно.

После паузы Дервиш сказал:

– Я звонил Зорану – не отвечает. убит?

– Похоже, так.

– Как это произошло?

Иван рассказал про рейд танка «Демонтаж» по набережной, про гибель его экипажа.

– Жаль, – произнес Дервиш. – Жаль, железный был человек. У него вся семья погибла под американскими бомбами.

– Я знаю, – ответил Иван. Дервиш покачал головой, достал из бардачка фляжку, маленькие посеребренные стаканчики. Налил по глотку коньяка. Не чокаясь, выпили.

Дервиш сказал:

– Иван Сергеич, я думаю, что вы согласитесь со мной в том, что ситуация сложилась неординарная. – Иван кивнул. Дервиш повторил: – Неординарная. И я точно знаю, чего следует ожидать в самое ближайшее время.