Мамонт стоял перед ними, драпируясь в простыню, — успел найти ее в каюте.

— Hellou. I was surprised by your appearance on my yacht, — заговорил коротышка.

"Так эта супница называется яхтой", — почему-то удивился Мамонт.

— Здрасьте! — сказал он вслух и боком поклонился.

— Я хозяин судна. Я моряк, сэр! — после долгой паузы вдруг сказал человечек на чистейшем русском языке. ("Гляди-ка, голосом молвит человечьим.") — По морским традициям я обязан предоставить помощь потерпевшему. Любому. Но сейчас, увы, вернуть вас обратно в вашу страну не могу. Мне туда нельзя. Есть причины…

— Меня не надо обратно, — поспешно сказал Мамонт.

— Если вы добровольно бежали из страны… Но зачем? И куда?

"Странный вопрос, — подумал Мамонт. — Конечно никуда. Вполне обычно для раба, не умеющего работать."

— Потому что там меня постоянно хотели убить, — сказал он вслух, угрюмо глядя на свои босые ноги. — Много раз. Могу даже подсчитать. Один раз, два, еще на зоне, конечно…

— Хватит, — остановил его коротышка. Он взял со стола, набитый льдом, стакан с желтой жидкостью. Мамонт отвел глаза.

— Понимаю. Лицо БОМЖ, — сказал коротышка, с непонятным вниманием глядя в свой стакан. — Представитель класса бичей. Беглый.

Мамонт с подозрением покосился на нос картошкой, оттопыренные уши, покрытые веснушками. Он пытался, но никак не мог уловить в речи незнакомца акцента.

— Ну что ж. Когда-то и меня не устраивала эта страна, — прервав долгое молчание, загадочно сказал маленький владелец судна.

— Меня, вообще, не страна, а весь мир не устраивает, — произнес Мамонт. Все еще непонятно было как и о чем можно было говорить здесь. — Не вписываюсь, не ко двору, не влезаю, — с нарастающей запальчивостью заговорил он. — Если бы кто-то изменил, создал для меня другой…